Дима вел один из самых популярных пранк-каналов в стране. Миллионы просмотров, куча рекламы, деньги текли рекой. Чем безумнее розыгрыш, тем громче смеялись зрители. Он уже привык, что ради контента можно почти всё.
Однажды он решил зайти подальше. Приехал в старую церковь, где когда-то крестили его самого, а теперь служит его друг детства Саша. Дима нацепил скрытую камеру и начал снимать, как пугает людей, притворяется бесноватым и творит прочие глупости прямо у алтаря. Саша пытался остановить, но Дима только отмахнулся: это же просто шутка, брат.
Видео выложили ночью. Утром страна кипела. Верующие писали жалобы, священники звонили в епархию, в новостях крутили нарезку. На Диму завели дело за оскорбление чувств. Полиция уже стояла у подъезда.
Дима понял, что запахло жареным. Схватил рюкзак, прыгнул в машину и уехал куда глаза глядят. Телефон выключил, симку выкинул. Доехал до маленького городка в глубинке и вспомнил, что Саша как-то рассказывал про монастырь неподалёку. Туда точно никто не сунется искать известного пранкера.
Он постучал в ворота, сказал, что он новый послушник, которого ждут из соседней епархии. Бумаг никаких, но настоятель отец Павел только посмотрел долго и кивнул: ладно, оставайся. Видимо, решил, что человек сам пришёл, значит, так Богу угодно.
С первых дней Дима понял, что попал. Подъём в пять утра, служба, работа в огороде, в трапезной молчат, телефон отобрали. Вместо лайков и комментов теперь только тяжёлый колокол и запах ладана. Сначала он думал, что потерпит пару недель и свалит, как только шумиха уляжется.
Но дни шли, а уехать не получалось. Старики-монахи не лезли с нотациями, просто делали своё дело и смотрели спокойно. Один раз Дима попытался снять на старый кнопочный телефон, как брат эконом ругается на кота, который стащил рыбу. Хотел потом выложить, посмеяться. А потом передумал и удалил.
Со временем он начал замечать, как меняется сам. Руки, привыкшие держать камеру, теперь копали грядки. Голос, который орал матом в каждом видео, теперь тихо читал псалмы. Саша приехал однажды, посмотрел на друга в подряснике и только улыбнулся: ну что, пранкер, допранковался?
Дима не знал, останется ли он здесь навсегда. Но впервые за много лет ему не хотелось ни перед кем кривляться. Хотелось просто жить. Тихо, без миллионов просмотров, зато по-настоящему.
Читать далее...
Всего отзывов
0